Я живу в Абрамово (Каменецкий район). Как неперспективная пущанская деревня на пару жителей стала «модной» — и передумала умирать

0 0

Когда пожилой моряк Николай Семенович Серегин вернулся из Москвы в свое родное Абрамово после почти 40 лет отсутствия, это уже было не развивающееся еврейское местечко, а увядающая неперспективная деревня. Из нескольких десятков местных жителей оставалось трое «последних из могикан». Николай Семенович стал четвертым. А как по-другому? Здесь он родился и вырос, пережил оккупацию и вынужденное переселение, здесь, за гаем, после войны подорвался с другом на гранате, здесь до сих пор стоит его отчий дом, пишет TUT.BY

20 лет назад, вспоминает Николай Семенович, на Абрамово ставили крест: газ не проводили, «заброшки» разбирали, старые участки оккупировали молодые ели и сосны. А потом жить в пущанской глуши вдруг стало модным. Газ так и не провели, но «поперли», говорит сельчанин, в Абрамово состоятельные «паломники» из городов. Участки стали продавать с аукциона, на пустырях выросли современные коттеджи… Николай Семенович этому только рад: деревня живет, соседи хорошие. «Лишь бы агроусадьбы не строили», — смеется пенсионер.

Я живу в Абрамово (Каменецкий район). Как неперспективная пущанская деревня на пару жителей стала «модной» — и передумала умирать

Деревня Абрамово на спутниковых снимках — это маленькая серая плешь посреди темно-зеленого леса на южной окраине Беловежской Пущи. До центра сельсовета, агрогородка Дмитровичи, отсюда около семи километров пути. Добраться до Абрамово можно двумя способами: с севера — по ухабистой лесной грунтовке от Каменюк, или по такой же «трассе», но с юга — от деревни Дашевичи. Местные советуют выбирать первый вариант, навигатор же ведет по второму.

Яндекс.КартыЯндекс.Карты — поиск мест и адресов, городской транспорт

Дорога от Дашевичей к Абрамово идет вдоль просеки линии электропередачи. Тракторы и грузовики нарезали грунтовку на узкие глубокие борозды, оставив на снегу ромбы и клинья протекторов шин. Местами «дорожный орнамент» дополняют следы оленьих копыт.

Вы, мо, за рогамы? — кричит нам в спину пожилая жительница Дашевичей на входе в лес.

Не, не за рогами! В Абрамово! — отвечаем бабушке, оставляем машину перед первой же ямой на дороге и идем три километра в деревню пешком.

Эх, надо было все-таки ехать через Каменюки.

Я живу в Абрамово (Каменецкий район). Как неперспективная пущанская деревня на пару жителей стала «модной» — и передумала умирать

«Бросать надо все и возвращаться»

Дорога до Абрамово недолгая, в меру живописная. Деревня встречает пением птиц и звуками рубки. В самом центре села на треугольной площадке возле забора, из-за которого выглядывает двухэтажный коттедж, сложена гора поленьев. Рядом с ней машет топором мужчина средних лет. Это Олег из Бреста. А там, за забором — его дом, его баня и его внедорожник. Олег — предприниматель. Занимается одеждой. В Абрамово он купил участок шесть лет назад, когда это еще не было трендом. Говорит, что искал для себя и жены что-то в пуще — и нашел Абрамово. Глушь, тишина, вековые сосны — идеально.

— Здесь чувствуешь чистый воздух. Я уже в Брест приезжаю — и некомфортно от загазованности. Хотя раньше вообще внимания не обращал. Надо пожить здесь и понять, что такое город. Вон Семенович, — кивает Олег в сторону соседского домика Николая Семеновича Серегина, — в Москву ездил. Говорит, побыл там неделю-две — и душа обратно рвется: «Бросать надо все это дело и возвращаться сюда».

Я живу в Абрамово (Каменецкий район). Как неперспективная пущанская деревня на пару жителей стала «модной» — и передумала умирать

Дом Олега и Надежды

Олег с супругой Надеждой в Абрамово из Бреста приезжают часто, но на ПМЖ пока не планируют. Нынешний расклад их вполне устраивает: устал от города — уехал в деревню, устал от деревни — уехал в город.

— В Бресте друзья, знакомые. Хотя и сюда друзья-знакомые приезжают, поэтому с этим проблем нет. Но все равно какие-то дела в городе есть постоянно. Как только их решаем, сюда приезжаем. Жене здесь очень нравится.

По словам супругов, скучать в деревне некогда: то работа, то гости. В сезон ходят в лес за грибами. С собой в пущу берут и пакеты, чтобы собирать мусор, которые оставляют лесники, грибники, охотники.

Я живу в Абрамово (Каменецкий район). Как неперспективная пущанская деревня на пару жителей стала «модной» — и передумала умирать

Дом, война и 3G-холм на месте синагоги

Напротив двухэтажного коттеджа Олега и Надежды стоит одноэтажный домик Николая Семеновича Серегина. Стучим в дверь — тишина. В северном конце участка, возле холмика, замечаем пожилую женщину. На голове — «хустка», в руках iPhone, от смартфона тянется шнур к карману с пауэрбанком. Это Валентина Владимировна — жена Николая Семеновича. У холма она ловит интернет, чтобы перекинуться сообщениями по мессенджеру с дочерью и внуками, которые живут в Москве. На шум из-за молодых елей выходит и сам Николай Семенович с пилой в руках — обрезал сорванные ветром ветки на его «полянке для шашлыков».

Я живу в Абрамово (Каменецкий район). Как неперспективная пущанская деревня на пару жителей стала «модной» — и передумала умирать

Главная улица Абрамово

Родители Николая Семеновича переехали в Абрамово из-под Варшавы в 1935 году. На тот момент это было развивающееся еврейское поселение. По легенде, на том самом холмике, где Валентина Владимировна сегодня ловит 3G, раньше была синагога. В свое время сюда даже золотоискатель приезжал искать «сокровища». Не нашел.

— Тут и русские жили, и белорусы, и евреев было очень много, — по-московски растягивая гласные, начала объяснять Валентина Владимировна.

— Изначально, — встревает Николай Семенович, — там помещик жил. Он продал евреям территорию, евреи здесь поселились. Потом кто в Америку, кто куда уезжали и продавали землю. Так сюда внедрились и белорусы, и россияне, которые в Польше жили.

Я живу в Абрамово (Каменецкий район). Как неперспективная пущанская деревня на пару жителей стала «модной» — и передумала умирать

Николай Семенович Серегин

В Абрамово Николай Семенович родился в 1939 году, пережил оккупацию.

— Их сначала тут доглядали немцы, а потом решили, что это слишком хлопотно. Сказали местным разбирать дома по бревнышку и тащить в соседнюю деревню Маковище. Они разобрали дома и перенесли их туда, — рассказывает семейную историю Валентина Владимировна.

— Деревня во время войны была пустая, — добавляет Николай Семенович.

— А после войны они опять разобрали свои дома по бревнышку — и перенесли обратно в Абрамово.

В 15 лет Николай Семенович оставил родные края и уехал в Клайпеду, в мореходку. Хотел быть летчиком, но не прошел по здоровью — дала о себе знать детская травма.

В послевоенные годы он с другом нашел за Абрамово гранату. Боеприпас взорвался. Друг погиб на месте, а Николая Семеновича спасли. В память о той трагедии у пенсионера остался шрам над левой бровью и несбывшаяся мечта.

«Здесь даже строить не разрешали, только выезд»

Большая часть жизни Николая Семеновича связана с морем. Работал на рыболовецких судах. Потом закончил Каунасский институт и махнул в Севастополь к сестре. Там во время круиза по Черному морю он и познакомился с Валентиной Владимировной.

— Знаете, где познакомились? — улыбается женщина. — В обезьяньем питомнике.

С тех пор 45 лет они вместе. Жили в Москве, а когда бывшему моряку стукнуло под 60, он решил вернуться в родные края и купил в Абрамово дом за 2 тысячи советских рублей.

По словам Николая Семеновича, переехал, чтобы быть ближе к корням. Да для здоровья так лучше: там — машины, выхлопные газы, суета, здесь — чистый воздух, лес, тишина.

— Я в Москве не могу. У меня аллергия, воздух не тот. Я туда приезжаю, месяц живу — и не выдерживаю. Приходится уезжать. Тут мне нравится. Тут почва, песок, сосна, для бронхо-легочников отличный климат. Да и жизнь в деревне — это движение, а движение — это жизнь. Приходится вставать, делать постоянно что-то, — объясняет пенсионер.

Я живу в Абрамово (Каменецкий район). Как неперспективная пущанская деревня на пару жителей стала «модной» — и передумала умирать

Сначала Николай Семенович приезжал в Абрамово, как на дачу, а с 2004 года решил остаться:

— В те времена Абрамово считалась неперспективной деревней. Здесь даже строить не разрешали — только выезд. А потом уже участки начали продавать.

Валентина Владимировна осталась в Москве, помогать дочери и внукам. В деревне она бывает наездами. В позапрошлом году, например, семь раз приезжала.

— В марте прошлого года россияне перекрыли границу и поезда убрали. Все. Вот в феврале этого года пустили поезд из Москвы в Минск — и я к нему примчалась, — смеется Валентина Владимировна. — Вы посмотрите, прожил он тут 11 месяцев без меня на экономии продуктов, правильном питании, пище с огорода — и бодрый ходит. Вон стол делает, виноградом занимается, консервы закатывает.

Николай Семенович на вопрос о длительной разлуке с женой отвечает по-рыбацки: мол, привык. Было же время, когда в море уходил и 8 месяцев не видел суши. Тут то же.

Я живу в Абрамово (Каменецкий район). Как неперспективная пущанская деревня на пару жителей стала «модной» — и передумала умирать

«Когда слишком много людей — тоже плохо»

По словам местных, интерес «паломников» к Абрамово появился несколько лет назад. Состоятельные жители городов стали выкупать участки и строить коттеджи. Одни возвели на въезде в деревню одноэтажную виллу без забора — так сейчас модно, другие начали строить особняк, но уехали на время в Израиль, третьи — из Кобрина — достраивают дом, четвертые — уже построили, пятые (этих больше всего) — приезжают сюда, как на дачу. Еще два свободных участка продадут с аукциона в середине марта. Начальная цена одного — почти 1600 рублей, другого — 853.

Я живу в Абрамово (Каменецкий район). Как неперспективная пущанская деревня на пару жителей стала «модной» — и передумала умирать

Отчий дом Николая Семеновича Серегина стоит на том самом месте, где его поставили родители, возвратившись после войны из деревни Маковище. Николай Семенович по мере сил за ним присматривает

По словам соседа Николая Семеновича, Олега, популярность загородных домов выросла в том числе и из-за пандемии. Абрамово — идеальное место для самоизоляции: людей мало, автолавка приезжает только по телефонному звонку, «мест массового скопления людей» нет в радиусе трех километров. После объявления о проведении аукциона по продаже участков сюда, говорят местные, за пару дней приехали человек десять, чтобы посмотреть на лоты.

— Может, и на соседнем участке поселится человек хороший, — показывает брестчанин на пустырь возле своего коттеджа. — Если столько людей приезжало, то кто-то да купит. Может, даже борьба будет за него. Хотя-я-я… На самом деле его уже лет пять пытаются продать: пока никто не купил.

Я живу в Абрамово (Каменецкий район). Как неперспективная пущанская деревня на пару жителей стала «модной» — и передумала умирать

Абрамовский старожил Николай Семенович к городским «понаехам» относится тепло: говорит, что благодаря им деревня еще живет и, дай Бог, жить будет.

— Деревня уже возрождается. Люди строятся. Когда слишком много народу — тоже плохо, но пока это Абрамово не грозит, — считает Николай Семенович, добавляя: «лишь бы соседи были хорошие».

Ну, пока с этим в Абрамово все в порядке.

Автор: Станислав Коршунов

Источник: onlinebrest.by

Оставьте ответ

Ваш электронный адрес не будет опубликован.